Орден вручают за сохранение французского языка в Канаде, США и на других континентах. Каждый из семи награжденных выступил на торжественной церемонии с благодарственной речью, но именно речь Трамбле привлекла к себе особый интерес. Ведь слово писателя – особое слово! Оно не вписывается ни в какие каноны и форматы, оно – оригинально и свободно, как всегда оригинален и свободен взгляд истинно творческого человека. Ниже публикуется текст речи Мишеля Трамбле.
«Я родился в городе, в котором французский язык сохранился благодаря сильным женщинам, впрочем не знавшим, что они сильны. На повороте 19-го века к 20-му многие жители Квебека ушли из родных селений в Город. Монреальская промышленность находилась тогда преимущественно в руках англичан. Мужчины устраивались на заводы и фабрики, где звучала не их родная речь и, возвращаясь домой, они приносили с собой оттуда иностранные слова и выражения, услышанные в цеху, у станка. Известные своей необычайной изобретательностью женщины и при этом не желавшие говорить на каком-либо ином языке, кроме французского, создали не язык (langue), но что-то вроде наречия (langage), которое представляло собой смешение того, как говорили в их родных селениях. Это было наследие французского языка времен Людовика XIV и того, что «приносили» их мужья с работы. Женщины улавливали со слуха нефранцузские слова и при этом произносили их на французский лад. Они пользовались этими словами не впрямую, а как бы в кавычках, и относились к этим словам, как будто это был французский язык. В ту пору они не отдавали себе отчета в том, что становились авторами сотен, а может быть и тысяч неологизмов, создав так называемый «жуаль» (le joual). Мне претит презрение к нему. Вместо того, чтобы оплевывать «жуаль», вместо того, чтобы критиковать тех, кто его использовал, вместо того, чтобы высмеивать их, смотреть на них сверху вниз, вместо того, чтобы так долго отказывать этому «особому языку» в месте, которое он занял в квебекской культуре, потому что настоящая культура идет откуда-то издалека, нужно было сказать спасибо всем этим женщинам. Ведь именно они не дали Городу англицизироваться. Ведь именно по их воле мы остались в сообществе людей, которое тогда еще не называлось «франкофонией». Нужно было бы восхититься ими. И воздать им честь.
Именно это я пытаюсь делать на протяжении более чем полувека.
Меня воспитали женщины в полупустом Городе, из которого множество мужчин ушли сражаться на фронт в Старый свет. Мои первые критические воззрения на общественное устройство я почерпнул от этих женщин, и полагаю, что вначале неосознанно, а потом и по убеждению я продолжил их дело.
Мне кажется, что в моем лице вы награждаете этим престижным подарком всех их. Потому что без этих женщин Монреаль и Квебек, может быть, уже и не входил бы сегодня во франкоязычный мир. И поэтому я решил их привести с собой. Вот они здесь, вокруг меня, их десятки и сотни... Это матери семейств, старые девы, потаскушки, плаксы и сильные духом, одни - смешны, другие – печальны. Среди них есть и хищница, и юродивая, и мамочка, посвятившая себя своему сыну. Есть монахини, а есть девчушки, жаждущие своего счастья. Они живут во мне, они живут в моем творчестве с 1968 г., и я ими очень горд. И поэтому, приложив руку к сердцу и с широкой улыбкой, вместе с ними я выражаю вам мою бесконечную и громкую благодарность».
Автор: Людмила Пружанская